Федеральная служба по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека
Новости и события
Об управлении
Основные направления деятельности
Санитарно-эпидемиологическая обстановка
Электронное правительство
Документы
Пресс-Центр
Мероприятия
Противодействие коррупции
Для граждан
Административная практика
Дополнительные информационные ресурсы
Актуальные Темы
Государственные услуги
Центр гигиены и эпидемиологии
Для предпринимателей
Государственный информационный ресурс в сфере защиты прав потребителей


ПУБЛИЧНЫЕ ОБСУЖДЕНИЯ


Перечень требований


Дикорастущие грибы-это смертельная опасность!


Освой финансовую грамотность!


Опросный модуль предоставления государственных услуг






 
 
16 Января 2015

Сайт "Российской газеты", 14 января 2015 г.
Как российские врачи борются с Эболой в Гвинее

Из Гвинеи, где свирепствует вирус Эбола, в Ростов-на-Дону вернулся российский врач-эпидемиолог Евгений Ковалев. После положенного карантина он встретился с корреспондентом "РГ" и рассказал о работе наших медиков в этой стране, о том, почему местные жители не любят людей в белых халатах и как борются с лихорадкой африканские колдуны и знахари.

Евгений Владимирович, как вы попали в группу медиков, работающих в Африке?

Евгений Ковалев: В августе прошлого года правительство Гвинеи официально обратилось за помощью к России, и по заданию Роспотребнадзора туда отправились врачи. В столице республики - городе Конакри развернута специализированная противоэпидемиологическая бригада (СПЭБ). Там работают сотрудники саратовского НИИ "Микроб" и Новосибирского центра вирусологии и биотехнологии "Вектор". Меня командировали в Гвинею как практического специалиста-эпидемиолога.

Летели мы в общей сложности 12 часов с пересадкой в Марокко. В Конакри приземлились ночью. Взлетно-посадочная полоса расположена на берегу Атлантического океана, и первое, что показалось необычным - очень влажный, теплый ветер. Появилось ощущение лежащего перед нами огромного незнакомого континента. На входе в здание аэропорта всем измерили температуру и предложили вымыть руки в дезинфицирующем растворе. Когда ехали в город, фары высвечивали какие-то лачуги, людей, бредущих вдоль дороги. Женщины носят на голове корзины с фруктами, вещами, и, зачастую, это целые башни. Мусор везде, только в богатых районах относительно чисто.

Я приехал в октябре, когда заканчивался сезон дождей. Вода уже не лилась сплошной стеной днем и ночью, но ливни все-таки были сильные. Казалось бы, повышенная влажность, жара не самые приятные для человека условия, но ни от кого из местных я не слышал, что им тяжело существовать в таком климате, а через две-три недели и сам к нему привык.

Где живут русские врачи?

Евгений Ковалев: Жилье любезно предоставил посол РФ, нас поселили в его резиденции. Устроились с комфортом: ванна, кухня, спальные места, оборудованные пологом из материала, похожего на тюль. Это чтобы не пробрались комары. Уровень заболеваемости малярией там очень высок. Иммунитета против нее нет, и люди болеют неоднократно, но мы принимали специальные препараты, соблюдали меры предосторожности.

Не боялись ли Эболы? Любая болезнь может привести к нехорошему исходу, но работа с инфекциями - наша специальность. Да, боязно, однако настороженность скорее помогает четче выполнять все правила, чтобы не заразиться и, не дай Бог, привезти вирус домой. Дважды в день нам измеряли температуру и опрашивали на наличие симптомов Эболы. Ни у кого из врачей неприятностей со здоровьем не было, даже не простыл никто.

Вы приехали из другого мира с совершенно другим традициями, даже культура питания у нас иная. Скучали по борщам?

Евгений Ковалев: Мы сами варили супы, борщи и макароны. В посольстве рассказали, в каком магазине продаются более-менее привычные для нас продукты. Покупали лук, картошку, мясо буйвола. Рыбный рынок прямо на берегу океана. Нам посоветовали брать рыбу, которая называется капитан, и креветок. Их ловили рыбаки на огромных пирогах. Из соображений безопасности покупки совершали только через приоткрытое окно автомобиля. Попробовали и экзотические фрукты, например, сметанное яблоко - большой волокнистый плод. На вкус как клубника. Все фрукты приходилось обрабатывать в дезинфицирующем растворе.

В чем заключалась ваша миссия?

Евгений Ковалев: Российские специалисты - вирусологи, микробиологи и эпидемиологи - непосредственного участия в процессе лечения не принимают. В лабораториях СПЭБа исследуют кровь и выдают результаты. Практика показала, что отечественные тест-системы работают надежно. Каждый день выявлялось от одного до десяти заболевших. Я собирал материалы для эпидемиологического анализа и координировал работу других специалистов. Участвовал в планировании мероприятий по борьбе с вирусом Эбола.

Как раз в период моего пребывания Россия подарила республике мобильный госпиталь на базе шестнадцати автомобилей, где есть собственный комплекс энергоснабжения и несколько отделений для оказания помощи. Он был доставлен в Гвинею на двух самолетах "Руслан". Кроме того, мы оценивали возможность размещения лаборатории на базе института Пастера в Киндии (одна из префектур республики), построенного в годы СССР вместе с отечественными специалистами.

А где лечат больных лихорадкой?

Евгений Ковалев: В Национальном госпитале Донка в городе Конакри и еще в нескольких местах в лесной Гвинее. Представьте нашу областную или республиканскую больницу - столичный гвинейский госпиталь такой же. Дело в том, что его тоже построил Советский Союз. На его территории и было выделено место для палаток, в которых лечат людей с лихорадкой Эбола.

В медицинской среде доверительные отношения устанавливаются без всякого напряжения, а к россиянам вообще отношение прекрасное, многие еще помнят, как помогал Гвинее СССР. С местными врачами мы общались по-русски, среди них много тех, кто получил образование в советских и российских вузах, и они хорошо понимают нашу систему профилактики. С нами работал местный доктор, который заразился вирусом Эбола и выздоровел. Он знал, на какой риск шел, когда лечил своих пациентов. При появлении первых симптомов доктор обратился к коллегам и, как у нас говорят, сдался. Помню, как он сказал, что верил в мощь современной медицины и надеялся на помощь. Так и получилось. Отчасти это чудо, но и внутренняя установка на выздоровление сыграла большую роль.

Но разве с этим вирусом уже научились справляться?

Евгений Ковалев: Специфического лечения нет, но симптоматическую помощь больные получают: антибактериальные и противопаразитарные средства, препараты, восстанавливающие объем потерянной жидкости, болеутоляющие, витамины и другие препараты. Подходы такие же, как при лечении крымской геморрагической лихорадки и лихорадки Западного Нила. Некоторым удается выкарабкиваться.

Есть аспекты, которые нам пока непонятны. Например, в Гвинее, откуда и начал распространятся вирус, летальность составляет примерно 60 процентов, а в Сьерра-Леоне и Либерии 25-30. Почему такая большая разница? Этот вопрос интересен всем, и над его разгадкой сейчас бьются многие ученые и практики.

Представители народной медицины пытаются бороться с Эболой?

Евгений Ковалев: Меня поразил подход большинства населения к охране своего здоровья. В Гвинее 90 процентов мусульмане и около восьми процентов католики, но в глубине души все остаются язычниками и верят в волшебство. Например, запрещают фотографировать - боятся порчи. Врачи фотографируются запросто, а обычные люди на улице сразу отворачиваются.

Простой крестьянин и крупный чиновник - все имеют персонального колдуна, который решает любые проблемы, в том числе со здоровьем. Здесь их называют марабу. К сильному знахарю гвинеец может поехать на мотоцикле или автобусе за тысячи километров в соседнюю страну. Кстати, высокая мобильность населения и вынесла лихорадку из леса в села и города.

Сначала мы не верили в огромную популярность колдунов, но потом убедились, что реальность именно такова. В направлениях на анализы в графе "профессия" часто значилось - марабу. К ним обращаются больные люди, в том числе и те, кто заразился вирусом Эбола. Они пытаются помочь и заболевают сами, потому что никак не защищены. Лечат примерно так же, как и наши знахари. В арсенале травы, органы животных, какие-то вытяжки, порошки. Говорят, они умеют погружать в трансовое состояние, типа гипноза, но от Эболы это не спасает. В госпиталь марабу приходят сами, значит, понимают, что альтернативы нет.

Почему так популярны колдуны?

Евгений Ковалев: Ответ на поверхности. Колдуны живут рядом, в деревнях, к ним проще обратиться. Ну и, конечно, местный менталитет. Есть целые районы в Гвинее, где врачам не доверяют, оказывают сопротивление противоэпидемиологическим мероприятиям. Медиков закидывают камнями, поджигают автомобили международных организаций, не выдают умерших и не позволяют осматривать контактных.

По местным поверьям, больной должен умереть дома, чтобы родственники могли с ним попрощаться, причем довольно эмоционально - со слезами и поцелуями, что совсем неприемлемо с точки зрения медицины. Зато на том свете он сообщит, что на земле остались нормальные люди, которые почитают предков и забирать их не надо. Существует предубеждение: если попал в больницу, больше этого человека никто не увидит, не попрощается, значит, загробный мир не получит весточку от живых.

Санитарно-просветительская работа имеет в Гвинее огромное значение, люди должны осознать, что прятать заразившихся нельзя, усвоить еще массу правил. Иначе победить эпидемию будет сложно. И все же к местным традициям относиться надо с уважением, не нарушать их, если в этом нет острой необходимости. Сказали: нельзя заходить в волшебный лес, - значит, нельзя. Только марабу имеет право совершать там свои обряды, для обычного человека это табу. Зачастую именно пренебрежение к народным обычаям вызвало возмущение африканцев и создало негативное отношение к врачам.

Сейчас уже началась грамотная просветительская работа, волонтеры, медики пытаются достучаться до сознания людей. Везде висят плакаты, разъясняющие правила безопасности, по телевизору крутят музыкальные клипы на эту тему. Конечно, заниматься этим надо не тогда, когда гром грянул, а на протяжении многих лет изо дня в день, но капля камень точит. Окончательные выводы о том, почему возникла такая крупная эпидемия лихорадки Эбола, еще не сделаны, но уже ясно, что это природно-очаговый вирус. Человечеству сильно повезло, что лихорадка Эбола не распространяется воздушно-капельным путем, иначе эпидемия уже имела бы совсем другие масштабы, а при ее высочайшей летальности это весьма серьезная угроза.

Мы получили в Гвинее неоценимый опыт работы, и наша миссия там еще не завершена. Хотя риск эпидемии в России оценивается как крайне низкий, но для нас, как и для любой другой страны, это весьма важная тема. Данному вопросу уделяется очень много внимания, он находится на особом контроле у руководителя Роспотребнадзора, главного санитарного врача России Анны Поповой.

С пациентами врачи работают в костюмах высочайшей степени защиты
Для ростовского эпидемиолога Евгения Ковалева - это не первая командировка за рубеж<
В Конакри рыбу ловят по старинке - на огромных пирогах
Российские врачи встречают мобильный госпиталь,
отправленный для помощи медикам Гвинеи
Местные жители очень радушно относятся к россиянам
Бригада российских врачей была сформирована из лучших специалистов страны
Гвинейцы зачастую ездят по стране на крышах автомобилей
Из соображений безопасности продукты на местном рынке
врачи закупают, не выходя из машин
В Гвинее женщины порой носят на голове целые башни из продуктов
В Гвинее есть "волшебные" леса, куда могут заходит лишь колдуны
Большинство сельского населения живет в архаичных хижинах

Марина Бровкина

http://www.rg.ru/2015/01/14/reg-ufo/lihoradka.html